Становление и развитие негосударственного высшего образования в России 19- начала 20 вв.

Предмет: Педагогика

Тип работы: Курсовая работа

У вас нет времени или вам не удаётся понять эту тему? Напишите мне в whatsapp, согласуем сроки и я вам помогу!

На странице курсовые работы по педагогике вы найдете много готовых тем для курсовых по предмету «Педагогика».

Дополнительные готовые курсовые на темы:

  1. Педагогические взгляды и просветительская деятельность декабристов
  2. Идея народности – основа педагогической системы К.Д.Ушинский
  3. А.С.Макаренко воспитании детей в семье
  4. Организация процесса воспитания в системе А.С.Макаренко
  5. Гуманистическая основа педагогической концепции В.А.Сухомлинского
  6. Экспериментальная педагогика Марии Монтессори
  7. Гуманистическое наследие русской педагогики второй половины 19 века
  8. Педагог и его роль в развитии и воспитании ребенка как историко-педагогическая проблема
  9. Человек, культура и образование на современном этапе
  10. Новые парадигмы образования

Введение

Уровень образования общества является одним из показателей культурного состояния страны. В России 18 века она была крайне низкой. В 1726 году профессора были привезены из-за границы, но их было меньше. Заметным событием в жизни страны в 1755 году стало создание первого Московского университета по инициативе и проекту М.В. Ломоносова при активной поддержке просвещенного фаворита императрицы Елизаветы Петровны И.И. Шувалова. Однако вновь основанный университет не достиг значения настоящего очага образования в России: его постигла та же участь, что и первый петровский университет: в нем было мало студентов, и он страдал от упадка.

Начало XIX века было временем культурного и интеллектуального подъема в России. Отечественная война 1812 года ускорила рост национального самосознания русского народа и его консолидацию. Происходило сближение с русским народом других народов России. Восстание декабристов 1825 года оказало огромное влияние на все стороны общественной жизни Российской империи, в том числе и на образование. Вторая половина XIX века, эпоха освобождения, также дала мощный импульс культурному развитию России. Втягивание все большей части крестьянства в рыночные отношения остро поставило вопрос о базовом народном образовании. Это вызвало беспрецедентный рост сельских и городских школ. Промышленность, транспорт и торговля испытывают растущую потребность в квалифицированных работниках со средним и высшим образованием.

Таким образом, вступление России в новый период своего исторического развития в XIX веке потребовало социально-экономических реформ во всех сферах жизни, включая высшее образование. Это была объективная необходимость, этого требовали новые условия экономической и социальной жизни в России.

Тема высшего образования в России очень актуальна для меня как для студентки педагогического университета. Кроме того, актуальность данной темы определяется тем, что интерес к ней вызван процессами, происходящими в современной системе высшего образования в России (проблема государственного финансирования, благотворительности, платности и т.д.). Прошлое XX века и даже XIX века представляет определенный интерес для высшей школы XXI века, потому что это наше прошлое, наша история и наш опыт.

Высшее образование при Александре I

После прихода к власти Александра I он продолжил проводить реформы образования в России. Но это не было самоцелью, так как для ускорения темпов развития страны необходимо было повысить социальную активность общества. Образование было одним из способов пробуждения социальной мобильности населения, но оно также должно было быть подкреплено другими мерами. Правительство разработало ряд мер по преодолению социального окостенения общества, которое не позволяло ему следовать за экономическим, промышленным и культурным развитием соседних европейских стран.

«Дни прекрасного начала Александра…».

С воцарением Александра I устаревшая система управления — коллегии — была заменена министерствами, более соответствующими потребностям времени. Среди других министерств, учрежденных царской властью в 1802 году, было Министерство народного просвещения, которое возглавил граф Завидовский, дворянин из дома Екатерины. В 1803 году были опубликованы «Временные правила народного просвещения», согласно которым образование возводилось в ранг общегосударственной задачи, затем, в 1804 году — «Устав учебных заведений, состоящих под юрисдикцией университетов». По этому уставу Россия была разделена на шесть учебных округов: Москва, Санкт-Петербург, Казань, Вильно и Дерпт. Каждый академический округ возглавлялся университетом. Они должны были управлять всеми учебными заведениями в своем округе. Поэтому при советах университетов были созданы школьные комитеты, а университетские профессора должны были выполнять функции методистов и инспекторов. Была установлена жесткая бюрократическая зависимость низших ступеней системы народного образования от высших: церковно-приходские школы подчинялись директору уездного училища, уездные училища — директору гимназии, гимназии — ректору университета, университет — попечителю округа. М. Н. Муравьев, бывший учитель Александра, был назначен управляющим Московским округом; для Петербурга — Н. Н. Новосельцев; за Виленск — князь Чарторыйский; за Харьков — граф Северин Потоцкий; за Казань — академик Румовский; наконец, за Дерпт — просвещенный генерал Клингер. Все попечители жили в Петербурге и должны были лишь время от времени ездить по своим округам, постоянно участвуя в коллегиальном обсуждении всех вопросов, связанных с распространением образования в России. Хорошо организованная система образования была тем стабильнее, что она основывалась на социальных привилегиях, которые получали выпускники средних и старших классов, и особенно те, кто показывал высокие результаты в учебе.

В России, где до недавнего времени существовал только один Московский университет, по состоянию на 1804 год было уже шесть высших учебных заведений. Помимо Веленского и Дерптского университетов, в царствование Александра I были открыты Харьковский, Казанский университеты и Главный педагогический институт в Петербурге, который впоследствии был преобразован в университет.

Согласно смете 1803 — 1806 годов, правительство Александра выделило средства на шесть университетов. В то же время на каждый университет было выделено по 130 тысяч рублей. Эти цифры достаточно говорят о масштабах и скорости распространения просвещения.

Устав 1804 года

Импульс для деятельности Просвещения в 1803 — 1804 годах был очень сильным и плодотворным. В 1804 году правительство, несомненно, заняло правильную для того времени позицию. Перед вновь созданными университетами стояла задача не только дать высшее образование своим студентам, но и обеспечить надлежащую организацию учебной работы в школьном округе, поскольку согласно уставу 1804 года университеты руководили учебной работой в школьных округах. Совет университета был органом управления округа; однако, согласно тому же статуту 1804 года, эти учреждения не были бюрократически зависимы от вышестоящего органа, как окружные попечительские советы. Университеты пользовались широкой автономией. Эта автономия была предоставлена для свободного развития науки, но она также отражалась на их деятельности как административных органов. И надо сказать, что советы университетов в то время успешно противостояли даже Комитету министров, не говоря уже о Министерстве народного просвещения.

Они не только поставляли учителей, но и улучшали общий состав преподавательского состава: до этого времени руководителями учебных заведений были в основном отставные военные, люди, которые не подходили для этой работы — а здесь университетам удалось устранить это зло и добиться того, что подбор этих руководителей был несколько улучшен.

Согласно уставу 1804 года, университеты готовили специалистов в области права, лингвистики, медицины, физики и математики на четырех факультетах. Многое было сделано для совершенствования государственного аппарата, которому нужны были «знающие руководители с основательной и отечественной подготовкой». В 1809 году правительство ввело особые требования к государственным служащим. Выше определенного чина они должны были иметь университетское образование или сдать экзамены по русскому и иностранным языкам, праву, истории, географии, математике, статистике перед университетскими профессорами. Все это повышало престиж университетов, особенно среди богатых и мелкой знати. Семьи богачей и дворян, традиционно связанные с военной и высшей гражданской службой, предпочитали обучать своих детей в пансионах и лицеях (в Царском Селе, Ярославле, Нежине, Одессе), военных училищах и кадетских корпусах. Поэтому неудивительно, что треть студентов в университетах были разночинцами. Внешне классовые различия оставались малозаметными. Все ученики носили форму, утвержденную в 1800 году.

Ректор и преподаватели избирались советом профессоров, который определял перечень дисциплин и содержание курсов.

Правонарушения, совершенные студентами, рассматривались университетским судом. Правонарушители могут быть заключены в карцер на срок от 3 до 14 дней.

Академический персонал, его культурный и научный уровень

Кадровый состав профессоров в начале царствования Александра был довольно высоким, в основном за счет приглашения иностранных ученых (около 60 человек). Конечно, вызывало дискомфорт то, что лекции читались на немецком, латыни, иногда на французском, а на русском читала только половина профессоров. Была и вторая проблема — разница в менталитете между преподавателями и студентами, вызванная многими причинами: культурными, языковыми, религиозными и даже различиями в повседневных привычках. По воспоминаниям ученика Сенковского П. Савельева и другого студента того времени А. Никитенко, «немецкая фракция» преподавателей Петербургского университета держалась особняком, избегала контактов с другими и не допускала в свой круг посторонних. Все это препятствовало адаптации профессорско-преподавательского состава, толкало его на корпоративное отступление и замедляло процесс академической преемственности, то есть подготовки национальной замены приезжим профессорам.

Параллельно с приглашением иностранцев использовалась практика командировок или стажировок в зарубежных университетах для тех молодых профессоров, которые проявляли особую склонность к языкам и исследованиям. Такая практика применялась нечасто из-за боязни проникновения заразы вольнодумства со стороны эмиссаров, но большая группа лучших, по воспоминаниям современников, русских профессоров проходила обучение в немецких университетах. Среди них: П. Г. Редькин, выдающийся юрист и общественный деятель, и его коллега Н. И. Крюков; М. С. Куторга и Т. Н. Грановский, историки; О. М. Бодянский, филолог и славист; известный врач Н. И. Пирогов; экономист А. И. Чивилев. В.С. Печорин, не вернувшийся на родину по идейным соображениям, был отправлен за границу на должность профессора. Многие из тех, кто уже получил профессорские звания, также имели возможность отправиться в научные командировки, как, например, профессора Н.И. Надеждин и М.П. Погодин из Московского университета. Общий научный и культурный уровень преподавательского состава в то время был невысоким. Профессора в массе своей не следовали курсу современной науки, особенно зарубежной, читали лекции по старым записям, не искали понимания или даже внимания, кроме как через полицейские действия.

Внутренняя автономия университетов, предоставленная Статутом 1804 года, просуществовала недолго. Начиная с 1920-х годов, власти, опасаясь распространения революционных идей среди молодежи, начали ограничивать автономию и вмешиваться в жизнь студентов. Печальной известности добились попечители учебных округов Казани и Петербурга М.Л. Магницкий и Д.П. Рунич. Они сократили преподавание философии в университетах и ввели богословие, уволили известных профессоров (правоведа А.П. Куницына, географа и историка К.А. Арсеньева и других) за вольнодумство, ужесточили контроль над студентами. Магнитский подал пример: он поручил охранникам вести постоянное наблюдение за казанскими студентами. Молодых людей выстраивали в ряды, проверяли их прически и одежду. Согласно новому указу 1824 года, студентам запрещалось без письменного разрешения начальства покидать город, посещать театры и читать книги, «противные христианству и существующим порядкам государства, особенно Российского».

Высшее образование во второй четверти 19 века

Восстание декабристов 1825 года оказало большое влияние на все аспекты общественной жизни в Российской империи, в том числе и на образование. Новый царь Николай I считал, что одной из причин революционных восстаний было несовершенство системы образования. Министр народного просвещения А.С. Шишков, занимавший этот пост в 1824 — 1828 годах, также неоднократно высказывался о «порочности» российской системы образования.

Адмирал Шишков, которого император Николай унаследовал от предыдущей эпохи, оставался во главе Министерства народного просвещения до 1828 года; затем с 1828 по 1833 год министерство возглавлял пиетист Ливен. С 1833 года один из самых известных министров просвещения, С. С. Уваров, возглавлял ведомство до третьего периода царствования Николая — до 1849 года.

Он выдвинул концепцию, в которой утверждал, что народное образование должно осуществляться в едином духе православия, самодержавия и народности. Первым шагом в реализации его концепции в гимназии стало составление Устава Университета Святого Владимира. Он был утвержден императором Николаем I 25 декабря 1833 года. Этот университет был основан в Киеве на базе Волынского лицея, который ранее располагался в Кременце. Владимирский университет был предназначен в первую очередь для жителей Киевской, Волынской и Подольской губерний. Николай I взял вновь созданный университет под свое покровительство и присвоил ему титул «Императорский».

Устав Университета Святого Владимира 1833 года существенно отличался от Университетского устава 1804 года и стал правовой основой для возрождения российских университетов, переживавших кризис в 1920-е годы. По схеме С.С. Уварова, университет был не учебным заведением, а высшим учебным заведением и административно-коллегиальным учреждением для управления другими учебными заведениями округа.

Согласно Уставу 1833 года, только профессора были членами Совета университета, а адъюнкты были лишены этих прав. В то же время был введен синдикат, что укрепило его реальную власть. Новый устав существенно ограничивал права Совета университета. Совет был лишен права увольнять и оценивать учителей. Согласно уставу 1833 года, ректор избирался на два года. В случае болезни ректора его обязанности исполнял проректор, который ежегодно избирался из числа профессоров. Первоначально в университете Святого Владимира было всего два факультета — философский и юридический.

Главное отличие устава Университета Святого Владимира — процедура зачисления: выпускники большинства средних школ потеряли право поступать в университет без экзаменов. Эта мера позволила улучшить качество подготовки студентов.

Интересно, что в новом университете было введено семестровое деление обучения, а прием студентов определялся два раза в год.

Было предписано, что учебные курсы должны быть такими, чтобы студент мог изучать любой предмет в течение одного семестра.

Это нововведение привело к разделению больших курсов на более мелкие, что увеличило количество изучаемых предметов.

Согласно уставу Университета Святого Владимира, инспектор назначался попечителем Киевского учебного округа из числа военных или гражданских чиновников.

Он был обязан руководить не только государственными, но и вольными учениками. Благодаря последнему, численность университета быстро росла: в 1836 году в нем обучалось 203 студента, в 1848 году — 663 студента.

26 июля 1835 года Николай I утвердил Общий устав Императорских российских университетов. Надзор за ними осуществлял министр народного образования через попечителей соответствующих академических округов. В университете функции управления принадлежали Совету (ректор и все профессора) и Правлению (ректор, деканы и синдики).

Согласно Уставу 1835 года, университеты должны были иметь три факультета: Философия, право и медицина. Однако они также позволяли менять состав факультетов в зависимости от местных условий. Например, в Санкт-Петербургском университете не было медицинского факультета, а в Дерптском университете был богословский факультет. На философских факультетах было два отделения.

Преподавательский состав университета состоял из полных и доцентов, доцентов, преподавателей иностранных языков, преподавателей музыки, танцев, фехтования и верховой езды. Количество учителей зависит от количества учащихся и периодически пересматривается. Полные профессора составляли около половины всего преподавательского состава.

Совет университета возглавлял ректор, который избирался тайным голосованием. Деканы факультетов также избирались сроком на 4 года. Совет университета считался правомочным, если на заседаниях присутствовало не менее двух третей его членов. Решения по всем вопросам повестки дня принимались большинством голосов присутствующих членов. В случае равенства голосов ректор имеет право решающего голоса.

Заседания Совета включали такие вопросы, как выборы ректора, почетных членов и корреспондентов; выборы профессоров и доцентов и назначение их на должности; назначение и увольнение лекторов и преподавателей; обсуждение предложений преподавателей по улучшению академического преподавания; распределение курсов и времени для их преподавания; рассмотрение заявлений преподавателей о присвоении академических званий; анализ недостатков в работе факультета и т.д.

К профессорам и преподавателям российских вузов предъявлялись высокие требования. Согласно Уставу 1835 года, на должность полного или доцента могли претендовать только ученые, имеющие докторскую степень по профилю данной кафедры. Чтобы стать доцентом, кандидат должен был иметь как минимум степень магистра в соответствующей области знаний. Профессор колледжа должен был иметь высшее образование.

Если ученый хотел участвовать в конкурсе на вакантное профессорское место, он должен был прочитать три пробные лекции в присутствии ректора и декана соответствующего факультета. После успешного завершения конкурса профессора, доценты и почетные члены университета были утверждены в этих званиях министром образования. Кроме того, министр имел право назначать известных ученых и специалистов на вакантные должности профессоров и доцентов без конкурса.

Профессор мог возглавлять только одну кафедру в университете, и с разрешения министра народного образования ему разрешалось работать на второй. Основной обязанностью профессора было читать лекции студентам не менее восьми часов в неделю. За пропуски занятий без уважительной причины соответствующие средства вычитались из зарплаты профессоров, доцентов и преподавателей и перечислялись на нужды университета.

Устав 1835 года устанавливал четкие правила приема в университеты России. Все желающие стать студентами должны были сдать предварительный экзамен по правилам, утвержденным Министерством народного просвещения. Молодые люди, прошедшие полный курс обучения в гимназиях, имели преимущество при поступлении. По решению ректора университета лучшие выпускники средних школ могли быть зачислены в число студентов старших курсов без сдачи предварительного экзамена. Продолжительность обучения составляла 4 года на философском и юридическом факультетах и 5 лет на медицинском факультете. При наличии уважительных причин студенты могут перевестись на аналогичный факультет в другом университете. В период с 10 июня по 22 июля и с 20 декабря по 12 января во всех университетах были семестровые каникулы.

Студенты сдавали тесты после завершения каждого научного курса, также в течение учебного года разрешалось сдавать промежуточные тесты. Лучшим студентам предлагались конкурсные работы по сложным проблемам, решения которых в виде эссе представлялись в деканаты факультетов. Три студента из каждого университета были награждены золотыми или серебряными медалями за успешное решение подобных задач. Эти медали были вручены победителям соревнований в торжественной обстановке на факультетских собраниях.

Лучшим студентам, прошедшим полный курс обучения в университетах, без экзаменов присваивалась степень кандидата. Другие выпускники, получившие аттестат и имевшие право на классный чин, могли претендовать на кандидатскую степень после сдачи сложного экзамена по своей специальности. Через год после присуждения степени кандидата обладатели этих степеней могли сдавать экзамены для получения степени магистра. Через год выпускники получали право защитить докторскую диссертацию по своей специальности. Процедура написания и защиты диссертации была описана в инструкциях Министерства народного образования.

Профессора, чиновники и студенты университета имели определенные права и преимущества перед другими. Например, должность ректора давала право на 5-уровневый ранг в соответствии с табелем о рангах. Совет университета мог ходатайствовать перед герольдом о присвоении более высокого звания: полный профессор имел звание 7 класса, доцент и адъюнкт — 8 класса. При поступлении на государственную службу доктор наук мог получить 8 классный чин, магистр — 9, кандидат — 10, а студент после окончания полного университетского курса получал 12 классный чин.

Люди с высшим образованием имели дополнительные права, если они добровольно шли на военную службу. Например, после трехмесячной службы в звании сержанта соискатели получали звание офицера. Выпускники университетов через шесть месяцев производились в офицеры русской армии, даже если в полках не было соответствующих должностей. Этим лицам давалось время в три или шесть месяцев, чтобы освоить азы военной службы. Профессора, доценты и преподаватели университетов получали пенсию из государственной казны в размере полной заработной платы после 25 лет непрерывной гражданской службы. Достойные профессора могли получать пенсию и продолжать научную и педагогическую работу с сохранением заработной платы. После прекращения государственной службы они могут обратиться в Министерство народного образования для получения более высокой пожизненной пенсии (в случае определенных заслуг).

Безупречная работа в университетах в течение десяти и более лет дает право профессорам, доцентам и преподавателям на пенсию по неизлечимой болезни. В случае смерти этих лиц их пенсии продолжали получать вдовы (пожизненно) и дети (дочери — до замужества, сыновья — до поступления на службу или учебу). Продуманная система материального обеспечения стимулировала работу учителей старших классов.

Заключение

Непоследовательность реформ высшего образования, периодический натиск реакции тормозили развитие высшего образования в России. Тем не менее, здесь были заметны определенные сдвиги. Например, в конце 1950-х годов в высших учебных заведениях обучалось чуть более пяти тысяч студентов, а к середине 1990-х годов их было уже двадцать пять тысяч.

Несмотря на повсеместное подавление прогрессивных профессоров и студентов, в университетах и других высших учебных заведениях России не прекращалась интенсивная работа прогрессивной общественной и научной мысли, революционные идеи проникали в среду студентов и преподавателей.

А.Н. Бутлеров, Д.И. Менделеев, И.М. Сеченов, И.М. Мечников и другие в Петербургском университете, К.А. Тимирязев, А.Г. Столетов, Н.Е. Жуковский и другие ведущие ученые Московского университета боролись против идеализма и отстаивали материалистические позиции в русской науке. Революционная деятельность видных представителей освободительного движения в России развернулась среди студентов университетов.

В течение многих лет было принято представлять историю российского высшего образования в XIX веке в виде синусоиды. Так, в одной из монографий говорится: «В XIX веке четыре раза, через ряд императорских правительств, в высшем образовании происходили реформы и контрреформы. <…> Руководствуясь стремлением примирить непримиримое — государственность и науку, высшее образование в XIX веке реформировалось четыре раза. На самом деле движение было не синусоидальным, а гиперболическим, восходящим, и каждый император по-своему придавал ему новый импульс, что придавало ему дополнительное ускорение.

Уже на рубеже XIX-XX веков Россия, переживавшая «золотой век русской культуры», который не мог существовать без развитой высшей школы, вошла в число ведущих университетских государств. И хотя страна все еще заметно отставала в подготовке ученых и специалистов, мировое сообщество с удивлением наблюдало за прогрессом российского образования и культуры. И это дало повод В. Ключевскому сказать: «В сознании образованного мира произошла глубокая перемена, в высшей степени важная для судеб цивилизации, эта перемена изменила отношение западноевропейских народов к русским и русских к ним. Но он еще не знал о грядущем космическом триумфе российских университетов. Как оказалось, выдающиеся успехи российской науки и культуры на рубеже XIX-XX веков были лишь прелюдией к победному штурму космоса.

История России — это история многих трагических событий, из-за которых жизнь людей никак не хочет налаживаться. В то же время наша жизнь, вероятно, была бы намного хуже, если бы государство не заботилось о российской системе высшего образования. Российская действительность не похожа на американскую или западную, поэтому государство не должно уходить из высшего образования (включая финансирование). У государства есть эффективная система высшего образования, но если ее не будет, у нас не будет сильного государства.

Список литературы

  1. Корнилов А.А. Курс истории России в XIX веке. — Москва: Высшая школа, 1993.
  2. Очерки по истории русской культуры второй половины 19 века. Под ред. Н.М.Волынкиной. М.: Образование, 1976.
  3. Ключевский В.О. Исторические портреты. — М., 1991.
  4. Константинов Н.А. и др. История педагогики. — Москва: Просвещение, 1982.
  5. эймонтова Р.Г. российские университеты на пути реформ: шестидесятые годы XIX века. — Москва: Наука, 1993.
  6. энциклопедия. Том 5, часть 2. история России. От дворцовых переворотов до периода великих реформ. — Москва: Аванта+, 1997.
  7. Федосова Е.П. Бестужевские курсы — первый женский университет в России. — М.: Педагогика, 1980.
  8. Милов Л.В. и др. История России с начала XVIII до конца XIX века. — М.: АСТ, 1999.
  9. Змеев В.А. Развитие российской высшей школы, XVIII — начало XX века. Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. — М.: 2001.
  10. Щербакова Р.И. Реформа российского образования в первой половине XIX века — Журнал Научно-культурной сети «RELGA», № 1 (91), 2004.
  11. Круглов Ю., Олесеюк Е. Государство и высшая школа. — Информационно-аналитическая газета «Вузовский вестник», № 6, 2006.